Вспомнил, пока редактировал текст про лепёшки.
У узбеков, как и многих братских народов, уходящий на службу в армию, как прежде уходящие в военный поход, на вторую мировую войну, надкусывал лепёшку. Её заворачивали отдельно в чистый белый платок.
Хлеб же всегда у нас почитался среди всех блюд.
Хлебом клялись: «Non ursin!» — «Да покарает меня хлеб!»
Завернутым в платок куском хлеба снимали порчу и дурной глаз, приговаривая: «Ko’zdan kirgan bo’lsang chiq-chiq-chiq. Og’izdan kirgan bo’lsang chiq-chiq-chiq». — «Откуда пришла порча пусть оттуда и выйдет».
Хлеб всегда подымут с земли в сторону. Помню в Лондоне, в апреле 1999 года у книжного магазина на автомате поднял хлеб с тротуара и отложил в сторону.
В армии подрался с одним, который стол вытирал куском хлеба. Ну как подрался, дал ему разок по башке.
Вот надкусывал парень лепёшку и уезжал.
Считалось, раз его ждёт хлеб, то солдат, воин, вернётся, чтобы его доесть.
Значит, надкусил я лепёшку 11 ноября 1979 года, матушка завернула его в платок и убрала.
В декабре наш двор по адресу улица Фуркат дом 13 снесли.
Приехал я из армии 25 ноября 1981 года, а лепёшки-то и нет.
С этим переездом она затерялась.
И что: я как бы всё ещё в армии, получается?